Тайна, покрытая раком

Я сейчас буду немножко демотивировать и говорить неприятные вещи. Сам не хочу, мама килянус, но чувствую что надо. Потому что ноука должна не только услаждать, но и говорить правду. Без правды услаждает героин, например.

Суетясь по делам кафедры, приходится общаться с разными людьми и выбивать их них чистосердечные признания в целях ноуки. Парадокс ноуки состоит в том, что почти все тайны природы, которые хотят постичь люди, скрываются не в природе, а в этих же самых людях. То есть, весь мир людьми почти изучен, только знание неравномерно поделено между ними, а эти хитрые люди сидят, молчат и тайнами не делятся.

Поэтому, гораздо проще выбить ноуку из человека, чем кипятить пробирку с бактериями.

Сами понимаете, что чистосердечные признания из людей выбивать трудно. Все хотят тебе спиздеть с честными глазами, а чистосердечно колоться не хотят.

Обычно разговор начинается с: «А кто ты такой ваабще шоб спрашивать?»

Тут я снимаю очки, расчесываю бороду, разворачиваюсь в профиль и говорю, что я топ-блогер, лидер мнений, ноль сомнений, нахожусь в хит-парадах, топах, фейсбуках и ноутбуках, чартах и чатах, билбордах и кроссвордах. Вы шо, блять, меня не узнали? Да у меня даже штаны из лайков пошиты! И начинаю гнать такую пургу, шо иногда самому сразу страшно, а потом стыдно.

Некоторые делают вид что узнали, и уточняют: «Это сайт, который в «одноклассниках?»

Я говорю: «Да, сайт в одноклассниках. И еще вконтакте. И в этом, блять, как же его, постоянно забываю, в инстаграмме, вот!..»

Обычно люди после этого сдаются, потому что от человека, который сидит в «одноклассниках», и «вконтакте», можно ждать всего что угодно, вплоть до пояса шахида и укола шприцом со СПИДом.

Если и это не помогает, тогда достаю телефон без аккумулятора и сим-карты, и говорю в него жестяным голосом: «Правый Сектор? Дежурного, быстро. Это полковник Упырь. Бусик с карателями срочно на выезд. И покрышек побольше с собой возьмите. Конец связи». А потом этим же телефоном начинаю пациента типа фотографировать, приговаривая: «Все, тебя скорбящие родственники будут только по ютубу помнить».

Ну, тут любой сломается, конечно.

Кроме работников ЖРЕО. Те запираются изнутри, выкатывают на крышу здания катапульты, бочки с кипящей смолой, и угрожают из зарешеченных окон, что если я их буду дальше доставать, то они выйдут на свой собственный майдан. На перекрестке Бучмы и Серафимовича.

Все, конец преамбулы. Теперь к ноукам.

Разговаривал с товарищем, который служил когда-то в конторе, которая начинается на «С», а кончается на «У» (не строительно-монтажное управление). Ну, чтобы не плодить слухов, и не обижать возможно хороших людей, условно назовем ее гехайме штаатс полицай, а сокращенно гестапо.

Обсуждали мы с ним философский вопрос, неоднократно поднимавшийся в обществе всех эпох – почему одни знают если не все, то многое, а другие – нихуя не знают, но должны прыгать для тех, кто знает?

— Понимаешь, — помявшись, отвечал мне приятель. – Знание – это сила. И эта сила есть не у всех. У кого она есть – тот ее держит в сундуке, как сердце Дейви Джонса. Потому что не всякий силой может распоряжаться в общественных интересах. На то они и есть «силовики», что у них и сила, и знание, а остальным не положено. В интересах того же общества, кстати.

— Ты мне зубы не заговаривай, — отвечал я. – Знание, конечно, сила, но речь идет не о знании, а об информации. Знание надо выучить и усвоить, это я тебе как завкафедры говорю: от информации до знания дорога длиной в семестр. И то, не каждому этот путь под силу. А информация – это другое. Это как мука и хлеб.

Вот, Бигдан снял три ролика с пленными кацапами и показал всем. Почему власть и твое гестапо это делать не может, а тихушничает? Они боятся проебать свой сундук мертвеца? Или боятся того, что информация у народа превратится в знание?

— Ты не прав, — отвечает приятель. – Возможно, в этом есть свои резоны.
— Какие, например?
— Ну, скажем, оперативные. Например, обменять наших пленных на ихних. Благородное дело? Шестьдесят пацанов освободить – это хорошо? Можно ради этого крик на весь Привоз не поднимать?

— Это заебись. Но если, в обмен на это гестаповское достижение, шестьдесят тысяч других пацанов не придут на призывные участки, потому что нихуя не понимают — что вообще происходит, с кем и зачем воюем – это будет лучше? Если цель войны тайно менять пленных, так надо вообще не ходить на войну, чтобы не попасть в плен. Тогда пусть твое гестапо, которое решает за всех, вместо всех и пойдет на войну, со своими отравленными зонтиками и стреляющими ручками. Пусть тогда вылазят из своих паучьих кабинетов, берут именные револьверты, с дарственными гравировками, и идут сражаться.

Они же блять и силовики, и знание, а мы типа тупые гражданские бараны. Мы будем жевать траву, и на них со стороны смотреть, как они свою силу в поле показывают. А хули? Пусть такие умные и сильные сами бегут в атаку, вооруженные своими именными револьвертами и тайным знанием.

Я еще с детского сада знаю, что если готовится какая-то сделка, информацию по которой от тебя утаивают, то твои интересы в этой сделке не предусмотрены. А если уж от тебя требуется участие в этой сделке…

— Какое еще участие?
— Например, пойти и повоевать немножко в рамках чужой сделки. А если не повезет – то еще и поумирать трохи на той войне. За то, шо тебе знать не положено. Enemy unknown. Много желающих найдется? Эта система умолчания демотивирует сильнее десяти квисель-телевидений!

— А сами не можете информировать, блогеры херовы? Властители мнений…
— Пока информационным наполнением медиапространства занимается самодеятельность, то хуйни будет на порядки больше. Причем из самых добрых намерений.

Вот, смотри, например, есть самодеятельные блоги, где Порошенко называется снисходительно «Петей», Янукович — «Витей» и так далее, и там вся аналитика в таком стиле. Еще там есть такие куклы как «Ринатик», «Беня», «Сеня» и прочие персонажи. И получается как в комедии дель арте, Бригелла поссорился с Панталоне, но Тарталья, подбиваясь к Коломбине, заслал Скарамуччо насрать Бригелле под коврик, чтобы тот подумал на Труффальдино…

Блять, за это надо идти воевать? За маневр Сени против Бени?

Где, сука, медный голос Левитана из репродуктора: «Братья и сестры!..» Бро, ты готов воевать за самодеятельную аналитику? Помогать Бригелле против Панталоне? А нормальный и простой пацан из Бэцыка, который повестку получил, готов будет? А я? Да, все понимают, что происходит, но не надо тихушничать. Если мы одна семья, одна Украина, то надо с властью честно расписаться и жить семьей, открыто и достойно, а не ебстить тихо в темном подъезде. Потому шо это не семья. Это даже не приличная легальная проституция. Это собачья свадьба.

Шо за хуйня вообще, когда тебя вся верхотура пытается демотивировать, а мотивируют только фанаты харьковского «Металлиста» своей песней про хуйло?

— Да чо ты доебался до меня, — заорал товарищ. – Я там давно не работаю! Выгнали за растрату скрепок! Вот ты, блять, крайнего нашел! Ты лучше у вояк своих любимых спроси, почему у них целый собственный телеканал есть, а он нихуя не показывает! И это когда война идет! Левитана он хочет…

— Так-так… — сказал я, и достал диктофон. – Очень интересно. А ну-ка, подробнее об этом.

Товарищ дико оглянулся, перебежал оживленную дорогу в восемь полос, и запрыгнул в первый же троллейбус на той стороне.

У ноук впереди еще много работы, как мне кажется.

Добавить комментарий