Восемьдесят Шесть центов

Сегодня смищно не будет, а будет сумно, так шо если кому поржать – заходите на неделе. А вообще, лекция посвящена письму одного хорошего человека, которое я получил в личку. Там было о растлевающем влиянии Хуйла и 86% несчастных зомбяков, заколдованных им из телевизора.

Так вот. Трошки все не так. А трошки даже наоборот.

Если вы хотите шото продать (причем цель не обеспечить товаром, а нажиться), надо сегментировать целевую аудиторию. А сегментируется она разными способами – как вдоль, так и поперек. Например, по линии выбора «чай — кофе» развал потенциальных покупателей по предпочтениям составит 40/60, а по линии «кнут — пряник» 1/99 (ну, допустим, один процент мазохистов при анкетировании наберется).

Отсюда следует одно: если хочешь заработать, то надо торговать пряниками, а не кофе. А в паре «чай-кофе» выбирать проигрывающий чай, как сопутствующий лидирующим пряникам товар.

Этот совет бесполезен для владельцев кофейных плантаций, потому что, хотят они или нет, у них только кофе в предложении. Причем не бесплатный, его еще надо добыть, вырастить зернышки на плантации или выковырять из жопы у циветы. Поэтому кофейные короли они могут царствовать в пределах своих шисят-персент выбора потребителей, по мере сил пытаясь передвинуть забор спроса дальше на территорию чаефилов, чтобы отгрызть еще пару-тройку процентов аудитории.

Но это абсолютно не касается биржевых фокусников и посредников, которые торгуют чужим в товарный кредит, зато с предоплатой при заказе. Эти сразу, посмотрев на результаты опроса, скажут: «В жопу ваш кофе, давайте пряники. Три сухогруза».

Так живут политические популисты типа Хуйла. Они не создают реальность, они прилагаются к ней, пытаясь угадать ее изгибы своим телом и прилипнуть намертво, как чесотка.

***
Это очень грубая модель, скорее контурная. В экономической реальности такого не происходит, потому что пряниками будут завалены все тротуары, начнется конкурентное побоище, а обожравшиеся пряниками потребители будут выбирать кнут к чаю хотя бы для разнообразия.

Конечно, имея монополию на чужие уши, можно «очень и очень», как говаривал Голохвастов. Однако политическая монополия больше похожа на желания Золотой Рыбки, чем на бесконечные волшебные спички из фильма «Тайна железной двери». Заебать голову аудитории безграничным набором обещаний невозможно – тупые и маленькие головы потенциальных зомби не смогут удержать в себе популистские заманухи по всей азбуке, от «Арбуза» до «Яблока», а потом и вовсе перестанут реагировать на пиздеж из телевизора – как это случилось в СССР.

Поэтому торговля всякой ситуативной хуйней, типа идеологических магнитов на холодильник, основана на тщательном анализе целевой аудитории, чтобы пообещать ей что-то одно. Ну два. Ну три. Но не все-все в мире – то, что она хочет, но чего у нее нет.

И тут Хуйло вовсе не зловещий Властелин Тьмы, а просто политический коробейник, тревожно принюхивающийся к трендам, чтобы угодить покупателю по самому неравномерному распределению целевой аудитории, а в идеале те самые 99/1 персентов – чего бы аудитория не хотела.

Хотят кормить электронного цыпленка-тамагочи, теряя из-за этого свой аппетит и сон? Хотят носить летом валенки-угги и потеть? – коробейник только пожмет плечами, удивляясь про себя пиздоватым запросам быдла. Которое требует не жизненно необходимое ему (медицину, образование), а всякую хуйню типа «крымнаша». И тут же предложит лохам желанный набор «угги-тамагочи-крымнаш».

Телевизор вовсе не зомбирует кацапских мудаков. Он удерживает уже состоявшихся зомби в рабочем режиме, разогревая эти моральные трупы как микроволновка до нужной покупательной (в данном случае — электоральной) активности. А главное, предостерегает от незапрограммированного перераспределения аудитории по новым парам выбора.

Потому что товар для быдла уже куплен, счета оплачены, ставки сделаны, склады забиты тамагочами, полным-полна коробочка, и пока быдло все склады не опустошит оно его будет жрать принудительно, даже если придется забивать пряники в рот кнутом. Один раз выбрали – значит будем потреблять. Кроме того, любой неочевидный выбор приведет к снижению неравномерности разделения аудитории при дискуссии («чай — кофе») — а это барыге не надо.

Конечно, в такой ситуации идеально бить жыдов, спасать Россию, дело верное. Но это уже отработанный номер, надо искать что-то свежее. Наприер, бить американских фашистов в Украине — от это вещ!

***
Вывод, я думаю, вы уже сделали. Никто кацапов не разлагал и не развращал. «Восемьдесят шесть центов» — истинная цена этого злобного и завистливого народца, состоящего из трусливых ксенофобов, агрессоров и реваншистов, надрачивающих на Сталина – причем на Сталина, виртуального и воображаемого, как цыпленок-тамагочи. Потому что от реального Сталина кацап-реваншист убежал бы с визгом.

Сталины-гитлеры меняли реальность вокруг себя, соответственно своим представлениям о том, как мир должен быть устроен. Хуйло не кормчий, а серфингист, летящий на волне человеческого говна, населяющего его страну. Куда волна – туда и он. Просто со стороны так выглядит, будто волна катится за ним.

Как продавец желаний, он просто прилип к аудитории, готовый предложить ей все, что она потребует, в обмен на посещаемость своего лотка. Увы, велико-узкий народ потребовал от него не яблонь на Марсе, не мирового балета и не жизни в 150 лет. Он потребовал ровно то, что хотел всегда – все у всех отобрать, а то, что отобрать не получится – испортить.

***
Я не хочу употреблять термин «национальная неполноценность», во-первых, потому что он нацистский, а полноценность наций складывается из суммы человеческих полноценностей, их представляющих, усиливаясь амплифайером национальной культуры. Во-вторых, я просто не вижу нации, которую можно оценивать интегрально одним словом. О россиянах можно говорить как о нации несостоявшейся, не сложившейся, бессознательной, не осознающей себя – именно что «несвидомой», как бы смешно это ни звучало для кацапов.

***
Ментальная травма этого народа состоит в том, что он сам себя он оценивает именно как неполноценный. Этот синдром неполноценности и вызывает его злобу и агрессию по отношению ко всем окружающим, особенно к тем, кто находится в гармонии с собой и окружающими – или, хотя бы, к такой гармонии стремится.

Вспомните, еще при СССР только у русских были национально-оскорбительные термины для всех народов, входивших в Союз, и если узбек хотел оскорбить эстонца, слово для этого он брал у кацапов. Потому что свое слово ему не требовалось. И на фоне этой ксенофобии совершенно иррациональная радость от того, что дочка вышла замуж за венгра (мадьяра гуляшного) или японца (жука косорылого) и свалила навсегда из этой сраной (но Великой!) страны. Да о чем говорить – даже статус польской жвачки на фоне отечественной не требовал комментариев.

На фоне этой вековой культурной провинциальности, тяжело переживаемой кацапами, Советский Союз был единственной лигой (пусть и второй), где общность кацапов могла претендовать на место на пьедестале. Русские были советскими, а молдаване – тоже советскими, но если вы не понимаете разницу оттенка между «советский» и «тоже советский», русский язык для вас не совсем родной. Это надо понимать как «негры – тоже люди».

По-моему, этой иллюстрации более чем достаточно, мои дорогие корреспонденты.

***
Злоба, зависть, национальный комплекс неполноценности и желание сделать «как было раньше», то есть восстановить засраную «вторую лигу», матчи которой никто не смотрит, но можно выебываться коронным «я из Ма-а-асквы» – этому не Хуйло их научил. И не телевизор их зазомбировал.

Это они сами такие и есть. Хуйло из телевизора только сказал им: «Заказ принят, сидим-ждем, сичас все устроим».

Так что «Восемьдеся Шесть центов» — это настоящая цена всех этих матрешек на распродаже, хоть раскрашивай их, хоть нет. Внутри все равно одно и то же — дерево и пустота.

Добавить комментарий