Тизерим три, або Сучка ты фарфоровая

Тизерим как дышим. С карантином или без — но сказки будут. Взрослым тоже нужны их сказки.

***
— Ты смотри, уже «курва», — саркастически ответила Мальвина, сидящая напротив, по ту сторону лакированной столешницы. — А как ты меня называл, когда я сбежала от своего эмо-боя? «Пропала Мальвина, невеста моя», А? «Она убежала в другие края»? Но хватит сантиментов. Давай ближе к делу. Кстати, я не набивная, а фарфоровая сучка.

— Да идите нахуй с вашим иском, — сказал Буратино. — Это мой сакральный театр. Все дети об этом знают. Об этом миллионы книжек напечатаны. Вы понимаете, что на основы покушаетесь? «Эта полька-карабас»! Все, пиздец, нам говорить не о чем. Театр — не бутерброд, чтобы его туда-сюда передавать. Хвост налево, хвост направо…

— Так никто его передавать туда сюда не собирается. — Мальвина очаровательно улыбнулась, и сложила на столе фарфоровые ручки. — Собираются тебя из театра выпиздить. По решению суда. А театр пусть стоит, театр реально не бутерброд. Это ты муха на бутерброде. Тебя согнать, и вопрос решен.

— И на каком основании? — Буратино осторожно раскурил сигару от электронагревателя. Спичек деревянный директор театра откровенно побаивался.

— Передача конфиденциальной информации. Тебе Карабасыч заплатил пять золотых, купив право на данные по нарисованному очагу. Ты передал информацию, получил деньги, и тут же пошел плескать языком направо и налево. В итоге Басыч остался без театра, а у тебя по твоему будапештскому протоколу еще и пять золотых. Немалые деньги на свое время, заметь.

— Могу хоть сегодня перечислить деньги назад, манибек без вопросов. Если докажете, что они были получены за информацию. Может, он просто пожалел бедного деревянного мальчика, и решил подогнать ему немного золотых, независимо от договора…

— Миллионы книжек говорят вот что — Мальвина открыла книгу:

«Он залез под бороду в жилетный карман, вытащил пять золотых монет и протянул их Буратино:

— Мало того… Возьми эти деньги и отнеси их Карло. Кланяйся и скажи, что я прошу его ни в коем случае не умирать от голода и холода и самое главное — не уезжать из его каморки, где находится очаг, нарисованный на куске старого холста. Ступай, выспись и утром пораньше беги домой.

Буратино положил пять золотых монет в карман и ответил с вежливым поклоном:

— Благодарю вас, синьор. Вы не могли доверить деньги в более надёжные руки…»

— Дальше продолжать? — вопросила Мальвина сладким голосом. — В охуительно надежные руки. Вот, кстати, копия протокола о конфиденциальности информации. Уже через страницу книги, куклы, включающие перчаточных недоумков, начинают обсуждать эту транзакцию. А через сутки Тортила передает тебе ключик. А ведь заметь — сначала Басыч планировал пустить тебя на дрова. И вполне заслуженно — ты сорвал представление и привел театр к убыткам. И если бы пустил — то не гадал бы сейчас, как покрыть убытки.

Буратино помолчал, затем выпустил дым в потолок.

— Спишь с ним? — внезапно спросил Буратино.

Раздел: Без рубрики

Добавить комментарий